Не девичью службу несла новозыбчанка Мария Ильюшенкова

---

Новозыбчанка Мария Ильюшенкова прошла путь сквозь ад войны и не сломалась.

Марию Ионовну хорошо помнит старшее поколение. Статная, красивая, умная женщина, с первых минут притягивающая взгляды к себе. Какая-то внутренняя красота, уверенность в себе и данная свыше сила воли передавалась от нее собеседникам. Она не повышала голос, пытаясь донести свои мысли. Не навязывала свою точку зрения. Но рассуждала всегда так, будто за ее плечами — целая вечность. Вечность, застывшая в глазах. Вечность войны… Вечность смертей, прошедших через ее душу…

Мария Ионовна воевала в Великую Отечественную. Перед этим она окончила девятилетку, прошла курсы медсестер. С первых дней объявления войны она, совсем юная 17-летняя девчонка, осаждала военкомат. Выстаивала огромные очереди, только чтобы уйти на фронт. «Только 16 июля меня с Анной Крашенинниковой и Раей направили в 366 отдельный артиллерийский полк особого назначения. Руководство полка встретило нас словами: «Здесь не девичья служба, здесь стреляют и убивают», — вспоминала она в своих дневниках.

Боевое крещение Мария Ильюшенкова прошла под Кубинкой в Московской области. На дворе стоял декабрь 1941-го. Немцы рвались к Москве. Сдерживать их натиск с каждым днем было все труднее. Измученные, голодные раненые бойцы проходили сотнями сквозь заботливые руки медсестер. Девушки валились с ног от усталости, но понимали: в окопах мужчинам еще тяжелее. В один из дней Мария Ионовна отправилась в пекарню, попросить хлеба для пациентов. А тут сирена… Рев самолетов, разрывы бомб. В медпункте взрывной волной выбита дверь. В считанные минуты собрала волю в кулак. Перевязать раненых, навести порядок. На пороге появился пекарь: в пекарне много раненых, мирных. На раздумья не было времени. Схватила медицинскую укладку, нашла машину с шофером и в путь. «Пошли проверять землянки. В одной услышала детский плач, спустилась туда. Было темно, лежала женщина, а возле нее плакали двое маленьких детей. Увидев меня, они еще громче закричали. Помочь бедной женщине в землянке было невозможно: мешала теснота, плач детей. На одеяле вынесли женщину на улицу. Дети вслед кричали: «Тетя, не забирайте мамку!». Но только при дневном свете я увидела рану в зоне бедра: все было в крови. И я увидела большой живот на последнем месяце беременности».

Эта картина первого серьезного боя будет стоять перед глазами Марии Ильюшенковой долгие годы. «Мне и сейчас снятся дети той военной поры. Я встречала их в разрушенных деревнях — у черных печных труб, на раскисших дорогах. Я отдавала им все, что было у меня: кусочки сахара, сухари, консервы. И остро, до сердечной боли понимала, что осиротевшим детям нужен не только кусок хлеба, но и дом, и семейное тепло». Не случайно женщина всю свою мирную жизнь посвятила детям, проработав в детских учреждениях. Она старалась отдать всю свою любовь и ласку малышам, пытаясь отогреть их сердца. За тот опрометчивый поступок под Кубинкой военную медсестру не наказали, хоть она и нарушила инструкции. Наоборот, ее представили к награде. Четыре долгих года Мария Ионовна шла дорогами войны. Бологое, Старая Русса, Рига, Юрмала… Города мелькали, как вагоны поезда. Лишь некоторые из них оставалась в памяти. «Помню штурм Кенигсберга. Наверное, тысячи орудий ударили по крепости, множество самолетов бомбили город. Страшный был грохот, земля дрожала. Здесь была сосредоточена вся мощь нашей армии. «…» Виделся конец войны». Победа наступила. С горьким привкусом крови на губах, с ноющей усталостью в теле, с незаживающей раной в сердце от осознания потери близких. От радости все обнимались, плясали, поздравляли друг друга. А наша героиня плакала. Только слезы могли облегчить душу, уставшую, измученную. «Из моей семьи шесть человек защищали Родину. Братья Ефим и Иван погибли. Папа рано ушел из жизни — от ран и болезни. Я лично могу честно смотреть людям в глаза и сказать, что пошла на фронт добровольно — с 16 июля 1941 г. Я видела и горько переживала первые неудачи на фронтах и радовалась победам. Я служила Родине и не допустила ни одного бесчестного поступка. Всегда была там, где шла борьба за жизнь человека и его спасение».

После войны ее как медработника хотели оставить в Польше. Судьбу спасла счастливая встреча с отцом. Папа смог отстоять свою доченьку и увез ее в Советский Союз, домой. Мария Ионовна некоторое время проработала в Москве в больнице. Потом подруга «переманила» ее в Калининград. Там женщина встретила своего будущего супруга Николая Александровича. Вместе с ним она успела пожить и в Харькове (где родилась ее дочь Лариса), и в Новозыбкове (этот город подарил семье сына Виктора). 10 лет Мария Ильюшенкова проработала заведующей 3-ми детскими яслями. Всего более 35 лет посвятила работе с детьми в качестве медсестры. Здесь, в Новозыбкове, выросли ее дети. Сын впоследствии уехал в Минск. А дочь долгое время работала в педколледже, как и зять — Виктор Переклад. Именно Виктор Иванович после смерти тещи решился опубликовать ее дневниковые записи. В этом году вышел в свет сборник «Исповедь». В нем — настоящая исповедь Человека с большой буквы, прошедшего сквозь ад и не потерявшего человечность. «Помним тех, кто боролся за свободу и независимость нашей Родины и победил», — написал Виктор Переклад в аннотации к книге. Он до последнего вздоха был рядом с Марией Ионовной. «Часто во время семейных посиделок она вместе с моим папой, тоже участником Великой Отечественной войны, вспоминала те годы. Но в ее словах не было ни капли жалости к себе. Наоборот, благодарность судьбе. За то, что целых четыре года находилась в аду и выжила».

Познакомиться с книгой «Исповедь» можно в секторе краеведения центральной библиотеки, а также в библиотеках школ и учебных заведений Новозыбкова.