Новозыбковцы рассказывают о своих учителях

---

В суете взрослых будней мы часто прячем в дальние ящики стола старые школьные фотографии. Но есть другой, невидимый альбом — тот, что хранится не на полках, а в сердце.

Его страницы пожелтели от времени, но лица на них до сих пор светятся молодостью и надеждой. Это наши учителя.

Ко Дню учителя мы открываем этот священный альбом. В нем нет строгих оценок за поведение или выведенных красной ручкой «двоек». Здесь живут только теплые воспоминания новозыбковцев о людях, которые стали для них чем-то большим, чем просто преподаватели. Мы помним тепло их рук, когда они проверяли наши каракули в тетрадях. Помним усталую, но добрую улыбку в конце тяжелого дня. Помним ту единственную фразу, сказанную шепотом на ухо, которая вдруг придавала сил жить дальше. Сегодня мы предоставляем слово тем, чья взрослая жизнь стала лучшим аттестатом зрелости для их любимых наставников.

Острое словцо и королевская стать

Ольга Руденко (Сизова), один из руководителей Народного коллектива ансамбля эстрадного танца «Гранд»: «Для меня таким человеком стала Татьяна Михайловна Селезнева, преподававшая английский язык в гимназии. Она создавала удивительную атмосферу. Татьяна Михайловна была совершенно не такая, как все. В наше детство, довольно стандартное и местами серое, она вошла как человек из другого мира. Всегда безупречно одетая, с идеальной прической, ухоженными руками. От нее пахло тонкими духами. Мы, девчонки, смотрели на нее во все глаза. Она была воплощением той самой западной элегантности, о которой мы тогда читали только в книгах. Главным оружием Татьяны Михайловны был острый ум и невероятное чувство юмора. Она умела «припечатать» одним словом так, что это запоминалось на всю жизнь, причем без злобы, а с какой-то аристократической иронией. Именно этот сплав внешней красоты, внутреннего достоинства и острого интеллекта стал для меня настоящим откровением. Татьяна Михайловна привила любовь не просто к иностранному языку — она открыла дверь в другую культуру, где ценится стиль, умение держать себя и уважение к собственному труду. Она научила меня главному: красота — это дисциплина. Идеальное произношение требует сотен часов повторений, как и идеальная линия в танце. Безупречный внешний вид требует самоорганизации. Любовь к языку, которую зажгла во мне Татьяна Михайловна, позже трансформировалась в любовь к пластике тела, к музыке, к сцене. Я посвятила свою жизнь красоте танца, но фундамент этого понимания был заложен в кабинете английского языка. Она показала мне, что гармония должна быть во всем».

Директор, который учит быть директором

В каждой школе есть человек, чей масштаб влияния выходит далеко за рамки классного журнала и учебного плана. Это директор. Для Андрея Белоуса, ныне возглавляющего Сновскую школу, таким человеком стал Семен Игнатьевич Гоменок — легендарный руководитель новозыбковской школы №9, а позже — не менее выдающийся начальник городского отдела образования. «Семен Игнатьевич не вел у меня никаких предметов, — делится воспоминаниями Андрей Сергеевич. — Я никогда не сидел за партой на его уроке, он не ставил мне оценок в дневник. Но именно он был главным Учителем для всех нас. В нашей памяти он остался как строгий, но бесконечно справедливый директор. Школа под руководством Семена Игнатьевича жила по четким, понятным законам. Там царила дисциплина, которая сегодня многими воспринимается как архаизм, но именно она создавала фундамент безопасности и уважения. Однако эта строгость никогда не перерастала в тиранию. Она была той самой «рамкой», внутри которой дети чувствовали себя защищенными. К нему всегда можно было обратиться по любому вопросу. И это «по любому» — ключевое слово. Не только если разбил окно или прогулял контрольную. К нему шли со своими первыми жизненными драмами, с сомнениями, с радостью. Он умел выслушать каждого. Всегда поддержит, научит, подскажет. Его авторитет строился не на страхе наказания, а на глубоком уважении. Он был тем взрослым, чье слово имело вес, потому что за ним всегда стоял поступок. Сейчас, имея за плечами собственный управленческий опыт, я с особой ясностью понимаю масштаб личности Семена Игнатьевича. Сталкиваясь со сложными ситуациями, будь то конфликт педагогов или проблемы сложного подростка, я невольно задаю себе вопрос: «А как бы здесь поступил он?». Во многих моментах я стараюсь использовать его методику работы. Не копировать слепо, а применять тот же принцип: сначала разберись в человеке, найди причину, а уже потом оценивай поступок. Быть директором — это не просто подписывать приказы. Это брать на себя ответственность за сотни детских судеб. И я безмерно благодарен судьбе за то, что такой человек был и остается в моей жизни».

Уроки жизненного вектора

Зачастую самый важный предмет в школьном расписании не значится ни в одном журнале. Для начальника Новозыбковского учебного центра регионального отделения ДОСААФ России Брянской области Руслана Бонадыкова таким «предметом» стала сама жизнь, а главным наставником — Ирина Павловна Дунаева, учитель алгебры и геометрии школы №2 Новозыбкова (ныне гимназии). «Мне довелось сменить несколько учебных заведений, прежде чем я нашел то самое место, которое с теплотой называю своей альма-матер. Финальные, самые важные аккорды школьного вальса — 10 и 11 классы — прозвучали для меня именно в стенах школы №2 под чутким руководством Ирины Павловны. Она была моим классным руководителем. Замечательный человек, прекрасный учитель. Добрая, отзывчивая, ставила хорошие оценки. За знания, конечно. Главное качество Ирины Павловны — ее уникальная способность к диалогу. Она всегда умела объяснить, почему я не прав. Или поддержать. Это редкий дар — говорить с семнадцатилетним парнем так, чтобы он не просто услышал, а понял справедливость замечания. Она никогда не использовала оценку как инструмент наказания или поощрения за лояльность. «Хорошие оценки за знания» — эта фраза говорит о высочайшей профессиональной честности педагога. Она требовала результата, но при этом оставалась надежным тылом. Если ученик ошибся в задаче у доски — она терпеливо вела его к правильному решению. Если оступился в жизни — объясняла последствия, опираясь на ту же железную логику, что и при доказательстве теоремы Пифагора. А если видела, что ученику нужна передышка — вовремя протягивала руку помощи. Сегодня, возглавляя структуру, где дисциплина, точный расчет и ответственность за людей являются основой основ, я до сих пор пользуюсь теми алгоритмами общения, которые заложила во мне школьная учительница. Работа в системе ДОСААФ требует умения работать с молодежью, воспитывать будущих защитников Отечества. Здесь нельзя быть просто начальником; здесь нужно быть авторитетом. Таким, каким была для меня Ирина Павловна. Ее уроки стали уроками жизненного вектора: она научила находить точку опоры, выстраивать прямую линию к цели и понимать угол падения ответственности».

Диалог с учителем длиною в жизнь

Елена Дёмина, пенсионер: «В жизни каждого человека есть люди, которые не просто входят в неё, а становятся её частью. Без них ты никогда не стал бы собой. Для меня таким человеком стала мой классный руководитель Нина Фёдоровна Самойленко. В нашей первой школе было целое созвездие прекрасных педагогов, но Нина Фёдоровна выделялась своей удивительной энергией, умением привить любовь к своему предмету, творческим подходом к преподаванию русского языка и литературы. Самым ярким событием, которого ждала вся школа, были премьеры театрального кружка. Им руководила Нина Фёдоровна. Она умела организовать любую работу так, что каждый чувствовал свою значимость и уникальность. Именно Нина Фёдоровна повлияла на мой выбор профессии преподавателя русского языка и литературы. Сталкиваясь с чужой бедой, я вспоминаю, как она умела организовать помощь незаметно, не унижая жалостью. Создавая что-то новое, я опираюсь на ту самую смелость творческого поиска, которую она зажгла во мне много лет назад.

41 год назад прозвучал для нас последний звонок. Уже ушла из жизни Нина Фёдоровна. Но и сегодня продолжается мой внутренний диалог с учителем, который помог мне найти себя».

Пророчество сельского учителя

Тамара Егуренкова, сегодня — уважаемый врач-инфекционист Новозыбковской центральной районной больницы, с бесконечной теплотой вспоминает свою малую родину и классную комнату школы села Верещаки. «Всем учителям я безмерно благодарна, всех помню, все к нам очень хорошо относились. Но то, кем я сейчас являюсь, моя профессия и мой путь — это целиком и полностью заслуга Нины Фёдоровны Бисевой. Нина Фёдоровна преподавала биологию. И как-то на уроке, когда мы изучали законы Менделя, она говорит: «Ну иди, Горбачёва (тогда я была Горбачёва), решай задачу к доске. Ты ж у нас врачом будешь!»» Она сказала это так спокойно, буднично и уверенно, словно уже видела рентгеновский снимок моего будущего. Вот я и врач. Иногда мне кажется, что именно в ту секунду, у школьной доски, она выписала мне первое направление в медицину. Преподаватель была невероятно ответственная. У неё все движения были плавные, выверенные. Речь — бархатистая, глубокая, обволакивающая, и в то же время — строгая. Если она объясняла тему у доски, а она умела заставить слушать каждого, можно было даже не открывать дома учебник. Приходишь на следующий день — и всё знаешь. Материал ложился в голову сам собой, потому что она умела заинтересовать своим предметом. Никогда не ругалась, не повышала голоса. Её авторитет строился на внутренней силе. А еще она с 7 класса стала к нам, четырнадцатилетним мальчишкам и девчонкам из села, обращаться на «Вы». Можете себе представить? Для нас это был культурный шок. Мы вдруг почувствовали себя взрослыми, значимыми людьми. К нам обращались как к равным, как к личностям — разве после этого можно хулиганить или лениться? Это заставляло тянуться вверх изо всех сил».

К вершинам высшей математики

Для большинства людей школьная математика заканчивается с последним звонком, оставаясь лишь строчкой в аттестате. Но есть профессии и жизненные пути, которые строятся на фундаменте, заложенном у школьной доски. Светлана Дмитроченко, сегодня — директор Новозыбковского филиала БТЭиР, признается: если бы не встреча с её учителем Зинаидой Николаевной Плехановой, её жизнь сложилась бы совершенно иначе. Для юной Светланы она стала тем самым человеком, который сумел разглядеть за страхом перед цифрами настоящий талант. «Зинаида Николаевна обладала редким даром — превращать абстрактные формулы в стройную архитектуру мысли. На её уроках стояла абсолютная тишина, но это была тишина напряженной работы ума, а не страха. Она видела потенциал там, где другие опускали руки. Если я делала ошибку в уравнении, она не ставила жирную красную двойку. Она брала чистую страницу, садилась рядом после уроков и говорила своим спокойным, ровным голосом: «Давай разберем по кирпичику. Где твой фундамент дал трещину?» Она заставляла думать самостоятельно, искать логику, находить красоту в симметрии параболы или гармонии геометрической прогрессии. Она привила мне любовь к математике так незаметно, что я сама не поняла, когда цифры стали моим любимым языком общения с миром. Любовь к точным наукам привела меня на физико-математический факультет филиала БГУ. Сегодня моя работа неразрывно связана с экономикой, управлением, анализом данных. Я учу студентов тому, чему когда-то научили меня: любая проблема имеет решение, если подойти к ней системно. Любой хаос бизнес-процессов можно упорядочить, если видеть алгоритм. Этот фундамент рационального мышления мне дала именно Зинаида Николаевна».

…Пролистав вместе с вами эти живые истории, мы хотим напомнить каждому: пока мы помним имя своего учителя, школа продолжает существовать. Она живет внутри нас. И пусть этот душевный разговор согреет сегодня всех педагогов — и тех, кто сейчас стоит у доски, и тех, чьи имена навсегда остались в нашем школьном альбоме памяти.